Философия (Луначарский): «Победа пролетариата не означает смерть культуры, но смерть культуры как инструмента угнетения.»

Анатолий Васильевич Луначарский — один из наиболее образованных и культурно чутких деятелей советской эпохи, первый нарком просвещения РСФСР. Его высказывание «Победа пролетариата не означает смерть культуры, но смерть культуры как инструмента угнетения» отражает принципиальную позицию, которую он отстаивал на протяжении всей своей деятельности: революция не разрушает культуру, а освобождает её.

Философский смысл этой фразы строится на марксистском различении между культурой как таковой и культурой в её классовой функции. В условиях капиталистического или феодального общества культура нередко служила инструментом легитимации власти господствующего класса: через литературу, искусство, образование и религию воспроизводились ценности, выгодные правящим элитам. Именно эту функцию — культуру как механизм подавления и манипуляции — Луначарский и объявляет обречённой на уничтожение.

Однако принципиально важно, что речь не идёт об уничтожении самой культурной традиции. Луначарский последовательно выступал против нигилистического отношения к культурному наследию прошлого, которое демонстрировали, например, пролеткультовцы или некоторые представители авангарда. Он полагал, что пролетариат должен не отвергать достижения мировой культуры, а овладевать ими, переосмысливать и развивать дальше — уже в интересах всего общества, а не привилегированного меньшинства.

В этом смысле цитата содержит диалектическое противопоставление: отрицание отрицания. Уничтожается не культура, а её отчуждённая, угнетательская форма. На смену ей приходит культура освобождённая — доступная всем, служащая развитию человека, а не его порабощению.

С исторической точки зрения эта идея перекликается с концепцией «культурной революции», которую Луначарский понимал прежде всего как просвещение масс, ликвидацию безграмотности, демократизацию доступа к образованию и искусству. Он видел в этом главную задачу советского государства в сфере культурного строительства.

Современная философия критически оценивает как саму советскую культурную политику, так и её теоретические основания. Тем не менее тезис Луначарского сохраняет аналитическую ценность: он ставит вопрос о том, кому служит культура и чьи интересы она воспроизводит — вопрос, актуальный и в XXI веке в контексте дискуссий о деколонизации знания, культурном капитале и символическом насилии (по Бурдьё).

Таким образом, данная цитата представляет собой лаконичную формулировку программы культурного освобождения: сохранить лучшее из прошлого, уничтожив его репрессивную функцию.